Опять до рассвета умолкнули лампы,
На кухне вода стучит по эмали
(Давно ли сантехника мы вызывали?),
Бегут сообщения по проводам.
Пылятся на полках ненужные книги:
Ведь ночью темно не для книг – для интриги.
Во тьме, в подкроватье, завидуя нам,
Злой бука, дряхлеющий и одинокий,
Сходящий с ума в мире «эпплов» и «нокий»,
Чуть слышно ворчит про вселенский бедлам.
Он хочет заснуть – не дают скрип матраса
И мысль о сакральности позднего часа,
А время, воруя ночные запасы,
Стекает сквозь пальцы. По тайным ходам
Уходит зачем-то совсем по-английски.
Чтоб утром безжалостным солнечным диском,
Будильником злым, петухом-василиском
Поднять неуснувших, уставших (не сонных),
Не замечающих время влюблённых.
