Стальной закат стилетом вошел в ставни
И небо огнесосенной смолой,
Отринув горестно и слезы, и покой,
Смочилось гневно янтарем недавним.
Кто сможет огранить его гранит?
Вспороть соски кормящей Аудумлы?
Отбросить мысль, лукавства многодумны,
Обагрить мрамор тающих ланит!
Ужели тот, кто замер в терракотах
Под сенью стекловолокнистых туч?
Кто, слив в незнаньи семя и сургуч,
Печати ставит на стеклянных гротах?
