Простор океанский, далекие гавани
опять вспоминаю, балуясь чешским.
Как на экваторе Нептуна славили
ромом индийским с привкусом резким.
И снова я чувствую, будто палуба
начинает качаться, как было в штормы.
А солнце в зените нещадно палит,
и соль въедается во все поры.
И слышится вновь матерщина боцмана
под треск разрывающегося троса,
и как он со всей дури покоцает
хлебало раззявившего матроса.
