Я видел немало мордашек и тел,
но тут потерял даже память.
Вальсируя с ней, восхищённо шалел:
неужто – такие бывают?!

Ладонями бережно опоясав,
тепло под напрягшимся платьем,
захлёбывался в необъятных глазах
беспомощно и безвозвратно.

Они обещали, играли, влекли,
бессовестно обнажали,
когда на краю горизонта любви
«единство в борьбе» танцевали…

С финальным аккордом – улыбка, поклон
и опустошившая стужа:
уходит туда, где висит над столом…
звериное чавканье мужа.