Нетронутые струны той души
молчат давно в своей глуши.
Их не коснуться пальцы рук,
чтобы извлечь прекрасный звук.
Никто не будет слушать их
и петь чудесные сонеты.
Никто не будет верить в них,
чтобы искать в душе ответы.
Они безмолвствуют и спят,
давно уже себя не слышат.
Быть может мёртвые они
и ноты их давно не дышат.
