Если скорбь переходит в вой,
если вместо печали – крик,
если правду ищут толпой, –
значит, страшен той правды лик.
Если разум уходит в ночь,
и любой, кто счастливей – враг,
все сомненья отбросив прочь,
он идет на последний шаг.
Как у дикого зверя взгляд,
и потерян смысл – не убий.
В рыхлый мозг затекает яд –
торжествует жестокий змий.
И угрюмо взирает Бог –
как до этого он дожил,
как такую слепить Он мог
плоть из мяса, костей и жил?
Расторопен мрачный Аид –
он работает на износ.
Он не знает земных обид,
здесь не мутит воду Христос.
Струи Леты память сотрут,
города обратятся в прах…
Мог бы Бог повторить свой труд,
но Его остановит страх.
